Дебютный фильм испанского режиссера Хуана Карлоса Френадильо со странным названием "Intacto" (по правде говоря, вполне можно было не играть в загадочность и попросту сказать "Нетронутый" или даже "Уцелевший") совсем недавно был показан на помпезной гала-премьере в "Пушкинском" в рамках ММКФ. Не потому, что картина настолько выдающаяся, а потому, что представлять ее в Москву приехал сам Макс фон Зюдов. Хотя фильм мог бы стать интересным и без участия шведского актера-ветерана.
Человека в зрелом возрасте и здравом уме, если он не американец, всегда удивляют фильмы-комиксы - боже мой, как возможно всерьез наблюдать за схваткой человека, способного, видите ли, пускать из рук паутину, с другим человеком, по ночам превращающимся в зеленого гоблина? Такое и сивому мерину в кошмаре не приснится.
Однако в кинематографическую реальность эти бесконечные бэтмены и люди икс вошли настолько плотно и окончательно, что игнорировать их нельзя. Зато интересно было бы посмотреть, как супергерои могли бы себя чувствовать в настоящем мире, похожем на окружающий нас, если бы в него попали. Отщепенцы? Изгои? Уроды? Без сомнения, несчастные.
Эту проблему пытался исследовать в "Неуязвимом" М. Найт Шьямалан, у которого герой Брюса Уиллиса вдруг осознавал свою мессианскую природу. Но еще дальше пошел молодой испанец Хуан Карлос Френадильо в своей дебютной картине, которая по иронии судьбы называется практически так же - "Intacto".
Этот фильм посвящен удачливым людям, везунчикам - в общем, антиподам широкоупотребительного американского понятия looser. Один спасся во время жуткой грозы, другой и вовсе выжил один-единственный после авиакатастрофы. И таких - очень много. Если предположить, что везет им не иногда, а всегда, что это прирожденный дар (в чем многажды убеждал нас жизненный опыт), то получится, что надо лишь открыть в себе эту способность и воспользоваться ей: скажем, пойти в казино и смело сделать крупную ставку. Выиграете.
В сущности, Френадильо делает лишь одно, хотя и остроумное замечание: феномен везения не более исследован и объясним, чем, скажем, феномен выпускания паутины из-под рукава. Везучие люди - такая же скрытая каста, как бессмертные из "Горца". Знают друг друга, ищут подобных себе, чтобы после принять участие в тех или иных загадочных ритуалах - по мифологии "Intacto", один счастливчик может забрать дар у другого путем прикосновения или через поляроидную фотографию (идиотизм, конечно, но ничем не хуже любой другой фантастической гипотезы).
Игры у счастливчиков между собой тоже странные, особенные. Например, усесться в темной комнате и выпустить из коробочки зеленого кузнечика: кому он на голову усядется, тот и победил. Или завязать глаза, связать руки за спиной и бежать по лесу. Кто добежит дальше всех, не вдарившись лбом о ближайшую сосну, тот и выиграл. А последний победивший неизменно отправляется в отдаленное казино, в котором обитает главный счастливчик из всех - Еврей. Он выжил чудом в концлагерях и теперь должен ежедневно подтверждать свой статус самого везучего человека в мире, соревнуясь с другими в "русской рулетке". Этого харизматичного персонажа и играет Макс фон Зюдов.
Вообще-то "Intacto" - классное произведение для дебюта, но не слишком выдающийся фильм в масштабе мирового кинематографа. Характеров - кот наплакал, сюжет путаный, симпатизировать кому-либо из персонажей сложно. Обаяния не хватает, юмора. А одной атмосферы, понятное дело, мало. Однако есть в этой картине неуловимо притягательная сила. Она связана с теми тайными струнами, которые вольно или невольно затрагивает в душе каждого зрителя режиссер Френадильо. Ведь каждому хочется быть везучим, а те, кто этим даром обладает, всегда чувствуют себя неуютно рядом с другими - вдруг рано или поздно за дар придется платить?
В одном из лучших эпизодов, почти в самом конце, Еврей вступает в последний поединок и перед пистолетом, в стотысячный раз направленным ему в лоб, вдруг покорно и обреченно закрывает глаза. Всего на секунду, но зрителю ее хватает, чтобы почувствовать глобальную тоску и одиночество этого пожилого высокого человека, который никак не может умереть и вынужден тянуть лямку своей удачи до конца. Он давно хочет, чтобы она кончилась, просто не знает, как сыграть в поддавки со слишком уж благосклонной судьбой. И сейчас, когда смерть может наступить, он почти счастлив.
Как говорится, "не было бы счастья..." Да его, впрочем, и не было - разве везение дает счастье? Разумеется, нет. Если даже фильм снят только для того, чтобы объяснить хоть кому-то эту бесспорную истину, то он снят не зря.